заказ билетов благотворительность

Мюзиклы для детей и взрослых. Остальное - Сноска 55

И сияющий помощник ведь разрешил ему говорить!
Он сделал это, и как князь обошелся с ним! В этот момент он заметил, что его гнев был вызван тем, как Гафиз воспринял его предостережение. Значит, именно обиженное самолюбие заставило его так вскипеть.
Было ли это достойно Зороастра? Разве провозвестник не собирался возложить все свое "я" к ступеням небесного трона? А сейчас это "я" чувствовало себя задетым! Это было неправильно.
Он не имел права гневаться на Гафиза или печалиться от того, что его предупреждение не было услышано. Он высказал его, и пусть Гафиз теперь поступает, как считает верным.
Он возвращался назад смягченный, даже немного пристыженный, но не
хотел бы встретить чужого гонца, если бы тот как раз отправился в путь.
Поэтому он выбрал дорогу, которой не часто пользовались и которая вела к
конюшням.
И туг он услышал голоса, которые возбужденно спорили. "Нам придется остерегаться Зороастра, - говорил один из них.- Если он действительно может читать наши мысли, нам придется еще лучше прятать их, чем раньше".
"Я еще не верю, что он может это делать, - отвечал задумчиво другой. - В этом случае ведь все заметили, как лгал гонец. Для этого не нужно особой проницательности. Но ты прав, лучше, если второй попытки не будет. Ведь можно заставить лгать и мысли. Ты так не думаешь?"
Оба со смехом удалились. Но у Зороастра прошел мороз по коже. Что ему пришлось услышать?
Он считал, что если люди узнают, что он может читать их мысли, то они осознают, что нельзя давать прорастать в себе фальшивым мыслям. И вот теперь они собираются лгать еще и в мыслях, заставить себя думать неправду.
Из-за этого они стали еще хуже. И это была его вина!
Что он мог сделать, чтобы исправить это? "Если бы я промолчал!" - это было единственным, о чем он мог думать и что шептал, пока устраивал Рысака. По дороге в свой покой он встретил слугу, который искал его и пригласил к Гафизу.
Как он должен был предстать перед князем? В нем все еще было в смятении. Он хотел уже сказать, что придет через несколько часов, но тут его пронзила мысль:
"Это было бы трусостью!"
Он повернулся и пошел за слугой. Гафиз принял его с обычной приветливостью. Он видел, как сильно страдал Зороастр, ему было жаль неопытного человека.
"Я просил тебя прийти ко мне, Зороастр, - доброжелательно сказал он, - потому что я не хочу, чтобы хотя бы на миг между нами выросло отчуждение. Я сегодня действовал так, что ты не мог понять меня. Я хотел дать тебе сейчас объяснения".
Зороастр прервал его.
"Это я должен просить у тебя прощения, Гафиз, - слова рвались и потоком низвергались с его губ.